СКАЗКИ

ХРОМОЙ, БЕЗБОРОДЫЙ И КРИВОЙ

Жил-был купец. Умирая, он позвал своего сына и сказал:

— Сынок, заклинаю тебя, если случится тебе ехать торговать, поезжай куда хочешь, но не езди в Алеп (Алеппо).

Но немного времени прошло, как сын явился к матери и сказал, что он хочет поехать в Алеп.

— Сынок, — сказала мать, — ведь заклинал же тебя отец туда не ездить.

— Нет, я решил и поеду.

Когда же сын стал наводить справки о том, что можно выгодно продавать в Алепе, ему сказали, что там в большой цене самшитовое дерево.

Вскоре он купил самшит, навьючил на сорок мулов и пустился в путь. Ехал он долго, и, наконец, когда под вечер приближался к городу Алепу, вышли ему навстречу из расположенного за городом караван-сарая1 какие-то люди и сказали:

— Зря едешь ты сейчас в город. Караван-сараи там теперь закрыты; лучше сделай привал, проведи тут ночь, а рано утром въезжай в город.

Купчик согласился и сделал привал.

В темноте тайком вышел из караван-сарая Хромой и, заметив, что товар купчика состоит из самшита, захватил один тюк и унес. Половину самшита он положил в печь, другую же бросил под нары. Затем Хромой, Безбородый и Кривой повели купчика в сени, угостили обедом и спросили, что он привез продать.

— Ах, ты привез самшит? — сказал Хромой. — Напрасно, тут этого добра так много, что мы жжем его вместо дров. Это все равно, что привезти продавать в Кульпу соль. Но, братец, не горюй, дам я тебе за твой товар семь мер золота, и ты, по крайней мере, вернешь свои расходы.

Утром купчик подумал про себя: «Если я, взяв золото, сейчас же вернусь назад, будет нехорошо. Что же я отвечу, когда меня» спросят— каков город Алеп? Лучше пойду осмотрю город».

Долго бродил он по городу, наконец, зашел в лавку одного старика-торговца и поздоровался с ним.

— Здорово, брат-странник, из каких краев ты будешь? — спросил лавочник.

— Эриванский я, из деревни Парпи.

— По какому делу приехал?

— Да так, брожу по городу,— ответил купчик и затем спросил: — Случайно не будет ли у вас самшита?

— А сколько тебе нужно?

— Пять-десять пудов.

— Нет, брат, тут самшит пудами не продают. Во всем городе едва найдется пять-шесть фунтов этого дерева, и золотник его стоит пять рублей.

Услышав это, купчик ахнул и, рассказав лавочнику, как его обманули в караван-сарае за городом, стал просить старика помочь ему как-нибудь вернуть свой товар.

— Сынок, дело это очень трудное, потому что тех трое. Они тем и занимаются, что обманом обирают людей. Если в этом деле кто-нибудь тебе и поможет, так это только их стряпчий. Пойди ты лучше к нему за советом.

Придя к стряпчему, купчик сказал:

— Умоляю тебя, брат, выручи. Положил я свою руку в твою: отрежь либо мою руку, либо свою полу, — избавь меня, дам я тебе все, что захочешь.

— Не горюй, брат, мне ничего не надо, и даю тебе слово, что выручу тебя. Вот послушай: ночью, когда пойдешь к себе в сени, открой дыру очага и приложи ухо к дыре. Хромой, Безбородый и Косой придут и станут расспрашивать Хер Сойламаза2, что им скажет Хер Сойламаз, то ты и сделаешь.

Купчик поступил так, как ему посоветовал стряпчий. Вскоре пришли Хромой, Безбородый и Кривой и спросили Хер Сойламаза:

— Эриванец привез сорок тюков самшиту, мы за это должны ему дать семь мер золота; Хер Сойламаз, скажи — сколько мы тут выгадаем?

— С эриванцем нужно быть на чеку, он себе на уме, побывал он во многих местах и знает в восемь раз больше вашего. А вдруг скажет — не хочу я золота, дайте мне семь мер блох — откуда вы достанете столько блох? — ответил им Хер Сойламаз.

— Да неужто он до того сообразительный?

Услышав этот разговор, утром, чуть свет, купчик пошел к старосте:

— Застрял я в этом городе вот уже десять дней, — сказал он ему, сорок тюков моего товару задержали в караван-сарае. Прикажи вызвать покупателей, чтобы я получил за свой товар и вернулся к себе.

Староста сейчас же вызвал Хромого, Безбородого и Кривого и велел им расплатиться с купчиком.

— Мы ему должны семь мер золота, пусть получает, когда хочет.

— Не хочу я золота, этого добра у меня самого много, а вот вы дайте мне за самшит семь мер блох, да чтобы в трех были самцы, в четырех самки.

Хромой, Безбородый и Кривой поехали в Абаран за блохами. Но дела их тут шли неважно: пока ловили они одну блоху, выясняли — самец или самка, клали в ведро и пускались за второй — та выпрыгивала. Видя, что ничего не выходит из этого, они вернулись к себе в Алеп. Тут они подкупили одного человека и сказали ему:

— Подружись ты, братец, с этим эриванцем, разузнай подробно, чей он сын, кто его родные, и вернись к нам.

Человек, следуя все время за эриванцем, заметил, что тот вошел в кабак и спросил себе бутылку вина. Тогда он сделал то же самое. За едой он взял чарку и сказал эриванцу:

— Братец, за твое здоровье!

Эриванец в свою очередь выпил за здоровье соседа. Этого и хотел подкупленный человек. Он подсел к эриванцу и, выведав у него все, что ему было нужно, вышел из кабака и пошел рассказать об услышанном Кривому.

На следующий день Кривой, встретив на улице эриванца, сказал:

— Доброго здоровья, дорогой Мартирос, как поживают твои родные? — и перечислил по именам всех его близких и родственников.

Эриванец опешил.

— Благодарение богу. Давно я хотел видеть тебя, наконец, господь привел. Эх, брат, ты не знаешь: когда ты появился на свет, одного глаза у тебя не было. Я вынул свой и вложил в тебя.

Вслед за этим Кривой пустился прямо к старосте.

— Староста,— сказал он ему, — когда эриванец Мартирос родился, у него не было одного глаза. Я у них дома был слугой — достал свой глаз и вложил в него. До сих пор я обходился одним глазом — теперь я хочу, чтобы он вернул мой глаз.

Староста вызвал эриванца и спросил:

— Ты этого человека знаешь?

— Он, видимо, у нас бывал, но я его не знаю, — ответил купчик.

— Вот он говорит, что один из твоих глаз — его. А сейчас он хочет получить свой глаз обратно: вынь его и верни ему.

Купчик попросил у старосты срок на один день и пошел за советом к старику-лавочнику. Тот послал его вновь к стряпчему, добавив:

— Один лишь он может помочь тебе в этом деле, и больше никто.

Когда он пришел к стряпчему, тот успокоил его и посоветовал вновь приложить ухо к дыре очага и подслушать разговор Хромого, Безбородого и Косого с Хер Сойламазом. Приложив ухо к дыре, он услышал следующие слова:

— Теперь эриванец с нас ни гроша не возьмет, мигом уберется, как только узнает, что у него хотят выколоть глаз.

— Ничуть не бывало. Эриванец скажет — ладно, выньте у меня один глаз, но выньте и у Кривого. Взвесим оба эти глаза, если они будут равны по весу, дайте ему мой глаз.

Когда у старосты эриванец повторил слова Хер Сойламаза, Кривой, захватив Хромого и Безбородого, пустился наутек. Они и до сего дня не могут слышать без содрогания имя эриванца.

Освободившись от этих злодеев, эриванец продал по сходной цене свой товар, подарил стряпчему один тюк самшиту и пустился обратно к себе на родину.

Они достигли своей цели, да достигнете и вы вашей цели.

С неба упали три яблока: одно мне, другое тому, кто слушал, третье тому, кто услышал.


Караван-сарай - постоялый двор для караванов.

Хер Сойламаз - дословно: "тот, кто не говорит ничего доброго".

Вернуться на верх страницы

Читать предыдущее Читать следующее