СКАЗКИ

СЫН РЫБАКА

Жили на свете рыбак со своей женой и был у них единственный сын. Перед смертью рыбак сказал жене:

— Много я работал на своем веку, но ничего хорошего не видел. Прошу тебя, не позволяй нашему сыну стать рыбаком. Пусть лучше научится другому ремеслу и добывает себе хлеб.

Когда мальчику исполнилось шестнадцать лет, пошли однажды мать и сын в город. На базаре мальчик увидел рыболовные сети. Стал он просить и умолять мать купить ему эти сети.

— Нет, сынок, — ответила мать, — невозможно это. Твой отец перед смертью взял с меня слово, что ты не станешь рыбаком.

Но сын заупрямился. Упал матери в ноги, стал просить, умолять, ухватился за сети и не отпускает.

Пришлось матери купить сыну рыболовные сети. Сын взвалил их на плечи и радостный отправился домой.

На другой день утром сын рыбака пошел к морю. Закинул он сети в воду, вытянул — смотрит, попала в сеть всего-навсего лягушка. Выбросил лягушку обратно в море и снова сеть закинул и опять ту же лягушку вытянул. Вновь он пустил лягушку в воду, закинул сети в третий раз, и в третий раз ту же лягушку вытащил.

«Ну что ж, — подумал сын рыбака, — нет рыбы, пусть хоть лягушка достанется, видать такова моя судьба».

Взял парень лягушку, принес домой и бросил около двери, а сам присел у огня. Вернулась мать из церкви, видит, сидит сын грустный у очага.

— Отчего ты печален, сынок? — спросила мать.

— Как же мне не печалиться, матушка, — ответил сын, — с самого утра сети закидывал, но, кроме лягушки, ничего не поймал.

— Не горюй, сынок, все, что мог, ты сделал, видно, такова твоя судьба.

Утром мать ушла в церковь, а сын пошел в поле работать. Вернулись они домой, видят: кто-то дом подмел, воды принес, посуду помыл и обед приготовил, словом, сделал все, что надо, по дому.

Мать с сыном удивились. Думали и гадали они, кто бы это мог быть, но понять не смогли.

То же повторилось и на другой день.

Тогда сын сказал матери:

— Матушка, дай-ка я спрячусь за дверью и посмотрю, кто у нас убирает.

Мать ушла, а сын спрятался за дверью. Много ли прождал, мало ли, но вот увидел, как из угла выскочила пойманная им лягушка и подскочила к очагу. Оглянулась она кругом, увидела, что никого нет в комнате, квакнула раз — стала величиной с курицу, квакнула второй раз — стала с овцу, а как в третий раз квакнула — лопнула у нее кожа, сбросила она ее и превратилась в девушку, да такую красивую, что ни есть, ни пить, только на нее глядеть.

Девушка убрала постели, подмела дом, принесла воды, посуду вымыла, навоз вычистила, обед приготовила, хотела веник на место поставить, тут за дверью и увидела парня. Побежала она, чтобы взять свою кожу и надеть на себя, но парень ее за подол схватил и не отпускает.

Стала девушка просить, умолять, чтобы отпустил он ее, но ничего не помогло. Взял парень лягушечью кожу и бросил в огонь.

Вернулась мать из церкви и увидела, что сидит сын у очага, а рядом с ним девушка, да такая красивая, что все вокруг блеском ее красоты озаряется.

Обрадовалась мать, когда узнала, что это лягушка в такую красивую девушку превратилась. Поженились они и стали жить по-царски.

А была у них соседка старуха. Пошла старуха к царю и говорит:

— Долгой жизни тебе, царь. Там-то и там-то живут мать с сыном. И есть у них девушка, достойная царя. Пошли войско, пусть ее приведут для тебя.

Царь сейчас же снарядил войско, да такое большое, что если бы оно вошло в лес, то лес бы засох, а вошло бы в море, то море бы высохло.

Девушка взяла саблю, вошла в это войско и всю рать перебила, только одного воина оставила, чтобы гонцом к царю пошел и весть эту ему доставил.

Хотел царь снести голову той старухе, а она говорит ему:

— Пошли, царь, вдвое больше войска, на этот раз приведут ту девушку.

Царь отправил вдвое больше войска. А девушка снова взяла саблю и перебила всю царскую рать, оставила в живых только одного человека, чтобы тот царю весть донес.

Позвал царь к себе старуху, чтобы снести ей голову за то, что напрасно извела она его войско, а старуха говорит:

— Долгой жизни тебе, царь. Вызови ты к себе этого парня и скажи ему, чтобы он привел из-за семи гор кобылицу, мать сорока коней. Не сможет он ее привести, и тогда отрубишь ему голову, а жену его себе заберешь.

Послушался ее царь, позвал к себе сына рыбака и сказал ему, чтобы тот привел кобылицу из-за семи гор, а не то не снести ему головы. Попросил сын рыбака у царя три дня сроку. Вернулся он домой печальный, сел у очага. Жена его спросила, что надобно было царю и отчего он такой грустный.

— Как же не грустить мне, — сказал сын рыбака, — чего не смог бы царь со своим войском сделать, то приказал мне одному совершить. Велел он мне привести из-за семи гор кобылицу, мать сорока коней, а не приведу — голову мне снесет.

— Что о таких пустяках печалиться, — сказала ему жена, — Ступай, проси у царя семь кладей хлопка и семь ведер вина.

Получил он все это и домой привез, а жена ему сказала:

— Будешь идти семь дней и каждый день через одну гору переваливать, а на склоне седьмой горы увидишь родник. Бери семь кладей хлопка, заткни им источник, а потом выпусти из бассейна родника воду и налей туда вино. Придет кобылица, напьется вина, опьянеет. Тогда ты вскочи на нее и гони прямо к царскому дворцу.

Услышал это сын рыбака и отлегло у него от сердца. Взял он эти семь кладей хлопка и семь ведер вина и в путь отправился.

Каждый день проходя одну гору, добрался он наконец до седьмой горы и нашел тот родник. Увидел он около родника следы кобылицы и сделалось ему страшно. Забил сын рыбака источник хлопком, воду из бассейна выпустил, наполнил его вином, сам же спрятался. Долго ли ждал сын рыбака, коротко ли, но вскоре показалась кобылица. А топот ее копыт он услышал еще раньше. Ржанье кобылицы эхом отдавалось в горах и ущельях. Выглянул боязливо сын рыбака сквозь ветки деревьев, увидев же огонь, вырывающийся из ноздрей кобылицы, задрожал, как ивовое дереве, и язык его присох к гортани.

Подошла кобылица к роднику, припала к нему и стала пить. Чем больше она пила, тем сильнее ее мучила жажда. Выпила кобылица все вино, до последней капли.

Опьянела кобылица, и тогда сын рыбака вышел из своего укрытия, вскочил на нее и погнал к царским палатам. Семидневный путь он проделал за день и отдал кобылицу царю.

Царь увидел, что хитростью ничего не добился, вызвал к себе сына рыбака и сказал:

— Ты должен найти достойную меня невесту. Коли не сможешь, — отдашь мне свою жену. А не то снесу тебе голову.

Вечером сын рыбака вернулся домой и мрачный сел у очага.

— Что сказал царь и отчего ты такой хмурый? — спросила его жена.

— Как же мне не хмуриться! Царь сказал — или найдешь достойную меня невесту, или отдашь мне свою жену.

— Что ты о пустяках печалишься! Попроси у царя его перстень, собаку, пахлевана и семь здоровых баранов, и я научу тебя, как найти девушку, достойную царя.

Сделал рыбак, как жена ему велела, а она научила его как девушку для царя найти.

И отправился сын рыбака в путь.

По дороге он зарезал и съел одного из семи баранов, а курдюк собаке бросил. Другого барана зарезал для пахлевана. Пахлеван тоже мясо съел, а курдюк собаке бросил. Шли они, долго ли, коротко ли, увидели лежащего возле озера человека. Человек этот пил воду из озера и все приговаривал: «Ох, воды мне, воды, умираю от жажды!».

Сын рыбака с пахлеваном удивились, что выпил человек почти все озеро да еще просит, и похвалили его за удаль.

— Что это за удаль, — ответил человек,— вот сын рыбака, тот удалец. Он, говорят, кобылицу, мать сорока коней, из-за семи гор для царя привел. А куда вы направляетесь? Не возьмете ли меня с собой?

— Отчего не взять, где двое, там и троим найдется что делать.

Сын рыбака зарезал барана для удальца, пьющего воду. Тот тоже мясо съел, а курдюк собаке бросил. Отправились они дальше.

Долго ли шли, коротко ли, а добрались до мельницы о семи жерновах. Вошли туда и видят: сидит там какой-то человек, берет пригоршнями муку из-под жерновов, ест и кричит в голос:

— Ой, хлеба мне, хлеба, умираю от голода!

Сын рыбака удивился и похвалил человека за удаль.

— Невелика эта удаль, — сказал человек, съедающий муку. — Настоящий удалец — это сын рыбака. Говорят, он привел для царя из-за семи гор кобылицу, мать сорока коней. А вы сами куда направляетесь? Не возьмете ли меня с собой?

— Отчего же не взять, — сказал сын рыбака. — Где трое, там и четверым найдется что делать.

Зарезал он и для этого удальца барана. Тот мясо съел, а курдюк собаке бросил.

Пошли они дальше.

Долго ли шли или коротко, увидели, что стоят два человека, каждый на своей горе. К вершинам гор была привязана веревка, а на ней — два огромных мельничных жернова. Один из стоящих на горе мизинцем отталкивал жернов и он по веревке спускался к другому, а тот толкал его обратно.

Сын рыбака похвалил их за удаль.

— Какая же это удаль, — ответили они, — а вот слыхали мы, что сын рыбака привел для царя из-за семи гор кобылицу, мать сорока коней. Вот это настоящая удаль. А куда вы сами направляетесь, не возьмете ли и нас с собою?

— Отчего не взять, — сказал сын рыбака,— где четверо, там и шестерым дело найдется.

Прирезал он двух баранов. Мясо съели, а курдюки собаке бросили и пошли дальше.

Долго ли шли или коротко, встретили на дороге человека, который на голове стоял. Спросили его, что он делает. А он объяснил, что прислушивается, чтобы знать, где и что говорят.

Сын рыбака похвалил его за удаль.

— Ну, невелика эта удаль. Я вот знаю настоящего удальца, сына рыбака, что привел для царя из-за семи гор кобылицу. А вы куда идете? Не возьмете ли меня с собой?

— Почему же не взять, — отвечает сын рыбака, — где шестеро, там и семерым дело найдется.

Прирезал он последнего барана, удальца накормил, бросили курдюк собаке и дальше пошли.

Долго ли шли или коротко, дошли до царских палат.

Пошли и сели на камень для сватов. Назиры и визиры вышли к ним, спросили, что они за люди. Сын рыбака ответил, что они люди такого-то и такого-то царя и пришли просить невесту.

Доложили визиры царю, а он велел спросить, сколь ко они золота с собой принесли. Когда царь узнал, что у них совсем нет золота, приказал:

— Накормите этих людей и пусть себе идут дальше. У них нет золота и они не смогут, как подобает, содержать мою дочь.

Приготовили для них большой котел еды, принесли. Съедающий муку сказал:

— Пока я не попробую обеда, мой хозяин не станет его есть.

Подвинул он поближе к себе котел, в минуту все уничтожил и котел начисто вылизал.

— Принесите еще еды, я ее как следует и не попробовал.

Принесли для каждого из них по семи котлов еды.

На другой день царь узнал об этом и испугался. Надумал он, чтобы избавиться от них, дать им такое трудное задание, чтобы они не смогли с ним справиться.

— Приведите, — сказал царь, — собаку, чтобы она с моей собакой подралась.

Привел сын рыбака свою собаку, та схватила царского пса за шею и вмиг задушила.

Тогда царь потребовал выставить пахлевана, который смог бы побороться с его пахлеваном. А пахлеван взял царского пахлевана за руку, крепко сжал и сломал тому руку. Увидел царь, что силой их не возьмет и решил извести хитростью. Приказал он пустить к ним в комнату воду, чтобы они захлебнулись. Но пьющий воду приложился ртом к двери и в один присест всю воду выпил. Испробовав и это средство, царь послал гостям отравленную еду, но сын рыбака бросил перстень в кушанье, и яд отделился от еды. Отложили они кушанье, не стали его есть.

— Ну ладно, отдаю вам свою дочь, — сказал царь. — Но вы должны взять с собой и ее дворец.

Тут сын рыбака спросил у мудреца, знает ли он, что дальше думает делать царь. Мудрец ответил, что царь уже потерял надежду избавиться от них и завтра, как только рассветет, отдаст им девушку. На следующий день удальцы, что двигали мельничные жернова, собрались было унести чертоги царской дочери, но царь не дал.

— Верю вам, что унесете, — сказал он, — берите мою дочь и уходите.

Взяли они царскую дочь и в путь пустились. По дороге все, кто раньше к ним присоединился: мудрец и пьющий воду, съедающий муку и движущие мельничные жернова, — все вернулись к себе на прежние места. Сын рыбака с царской дочерью, пахлеваном и собакой пришли к царю.

А царь между тем надеялся, что сын рыбака не вернется, и взял к себе во дворец его жену. Услышав, что он возвратился, царь велел отравить воду в бане, а сыну рыбака предложил с дороги искупаться.

Но сын рыбака догадался в чем тут дело и сказал царю, чтобы тот тоже пришел с ним купаться, мол, одному ему страшно, а больше он никому не доверяет. Как только они вошли в баню, парень бросил царский перстень в воду и в тот же миг весь яд собрался на поверхности воды.

Тогда он столкнул царя в воду, и царь раздулся и лопнул.

Сын рыбака надел царские одежды и сел на царский трон. Он стал царем, а его жена — царицей. А девушку, что привел с собой, выдал за своего пахлевана. Потомцарь вызвал к себе мать, и они семь дней и семь ночей свадьбу справляли, веселились.

С неба упало три яблока: одно тому, кто рассказывал, другое тому, кто слушал, третье всему свету.

Вернуться на верх страницы

Читать предыдущее Читать следующее