СКАЗКИ

ПТИЦА ГУРИ-ПЕРИ

Жил-был царь. У него было три сына. К старости царь ослеп. Как врачи ни старались вернуть царю зрение, все было напрасно. Тогда царь вызвал старшего сына и сказал ему:

— Поезжай и привези мне лекарство от слепоты.

— Куда же мне ехать, батюшка?

— Тебе надо поехать в ту страну, где ни разу не ступало копыто коня. Даже земля этой страны может меня исцелить.

Старший царевич сел на коня и поехал.

Ехал он шесть месяцев и наконец попал в пустыню. Там протекал родник, а около родника росло сухое дерево.

— Что за диво, — сказал царевич:— дерево стоит у самой воды и все-таки засохло. Здесь даже и тени нет, где можно было бы поспать.

Он покрыл дерево буркой и под ее тенью лег спать, Проснувшись, он увидел, что дерево распустилось и на нем висят громадные яблоки.

Он наполнил яблоками хурджин, запасся водой из родника и, сказав про себя: «Повезу это отцу,— верно, никто в этих краях не бывал», отправился в обратный путь.

Когда царю доложили о приезде сына, он сказал со вздохом: «Толку-то мало: с пустыми руками поехал, с пустыми и вернулся».

— Сынок, до какого места ты доехал? — спросил царь у сына, когда тот явился к нему.

— Отец, я доехал до такого места, куда никогда не ступала нога человека.

— А где же ты был?

— Ехал я долго, пока не доехал до родника…

— Знаю, — перебил отец, — там росло сухое дерево. Ты поспал под ним, дерево распустилось и покрылось яблоками.

— Да, батюшка.

— Я, бывало, — сказал отец, — утром ездил туда пить чай, а вечером возвращался.

Он вызвал среднего сына и велел ехать ему.

— Где уж мне достать, отец, раз мой старший брат вернулся ни с чем!

— Нет, ты должен поехать!— настаивал отец.

Сел средний сын на коня, взял еды на дорогу и пустился в путь. Месяцев через шесть он миновал родник, где был его брат. Потом он ехал еще три месяца и добрался до холма, вершина которого была усеяна топазами, алмазами и другими драгоценными камнями.

«Здесь-то наверняка никто не бывал», подумал он и, набив обе половины хурджина драгоценными камнями, вернулся во дворец.

— Отец, — сказал он, — был я в такой стране, в которой ни ты, ни деды твои не бывали. Доехал я до одного холма…

— И привез драгоценные камни — жемчуг, изумруд, топаз, не так ли? — перебил отец. — Подай-ка свой хурджин!

Принесли хурджин, открыли его, а там одни стекляшки.

— Ступай, сынок, пришли-ка мне младшего брата.

— Поезжай ты,— сказал царь младшему сыну.

— Отец, — сказал младший,— я еще молод, нигде не бывал, как же я достану лекарство для тебя?

Он вышел, лег на край бассейна и заснул. Ему приснилось, будто кто-то его спрашивает: «Почему ты здесь спишь?», а он отвечает: «Отец посылает меня за лекарством от слепоты, а я не знаю, куда ехать». — «Не беда, скажи отцу: «Дай мне твой перстень, саблю и коня — я поеду и привезу все, что надо».

Проснувшись, царевич побежал к отцу:

— Отец, дай мне своего коня, кольцо и саблю, и я достану тебе все, что ты хочешь.

Отец обрадовался и крепко поцеловал сына:

— Знаю, мой храбрый сынок, ты достанешь!

Утром отец дал сыну саблю, перстень и велел оседлать коня. Царевич тронулся в путь. В полдень он доехал до родника, пообедал там, а к вечеру миновал и холм.

Он поехал дальше и вдруг увидел одно солнце на небе, другое — на земле.

«В какой это стране я очутился?» - подумал он, подъехал ближе и увидел, что блестит на земле перышко.

Он слез с коня, поднял перышко и прицепил к шапке.

— Брось перышко!— сказал вдруг конь человечьим голосом.

— Почему?

— Оно доставит тебе много хлопот.

— Пустяки, перо такое маленькое! Какой вред от него?

Трижды конь повторил свои слова, но царевич не послушался и поехал дальше. Наконец он добрался до страны какого-то царя.

Царю дали знать, что едет юноша, у которого на шапке горит что-то, как солнце.

— Приведите его!

Когда царевич явился, царь спросил:

— Кто ты такой?

— Я чужеземец, приехал поглядеть на твою страну.

— А что за солнце у тебя на шапке?

— Это перышко. Я нашел его на дороге.

— Дай-ка его мне!

Царевич отдал перышко. Царь чуть было не лишился рассудка от радости.

— Ступай, братец, спасибо,— сказал он и воткнул перышко в стену.

И все смотрел на него. И кто бы к нему ни приходил, никого не принимал.

— Мне некогда,— говорил он.

Однажды у одной старухи украли цыпленка. Она пришла с жалобой к царю.

— Ступай, старуха, мне некогда сейчас! Старуха сказала:

— Ты все смотришь на перышко. Что же будет с тобой, когда увидишь птицу, которая его потеряла?

Царь обернулся:

— Дорогая бабушка, кто же может достать эту птицу?

— Тот, кто достал перышко.

Царь велел вызвать к себе приезжего царевича и сказал ему:

— Тебе надо поехать за той птицей, которая потеряла это перышко.

— Где же я найду ее, царь? Ведь я чужеземец и первый раз нахожусь в этих краях.

— А не достанешь птицу — велю тебе голову отрубить.

Пригорюнился царевич и вернулся к коню со слезами на глазах. Конь сказал:

— Поделом тебе, ведь я говорил: не бери перышка, будет худо. Не послушался меня! Но это еще не все, впереди будут беды похуже.

— Конь мой дорогой, выручи меня!

— Ладно, ложись спать, не горюй.

Не спалось царевичу. Он встал чуть свет и сел на коня.

— Куда же нам путь держать, дорогой мой конек?

— Отпусти поводья, я сам знаю, куда идти. Сколько времени ехал царевич, неизвестно. Наконец вдали показался лес, и конь сказал царевичу:

— Видишь в лесу чинару?

— Вижу.

— Год чинарой мраморный бассейн. Вырой около бассейна яму и спрячься в ней. По пятницам в бассейне купается птица Гури-Пери. Сегодня как раз пятница; она придет, скинет перья, положит их на край бассейна и войдет в воду. Когда она станет одеваться, ты, смотри, не трогай ее; когда же она накинет перья и взмахнет крыльями, крепко схвати ее за ноги.

Как конь сказал, так и случилось. Птица прилетела, выкупалась, и царевич схватил ее.

— Юноша, отпусти меня, а то тебе плохо будет, — сказала птица.

— Дорогая птица, — ответил царевич, — если я тебя отпущу, царь отрубит мне голову.

— Ну, смотри, пожалеешь! — ответила птица. Царевич взял птицу, вернулся с ней к коню, сел на него и поехал к царю.

Царь взял птицу, посадил в клетку и повесил над окном. Птица все молчала, и это терзало царя. Он все умолял ее запеть.

Наконец птица заговорила:

— Я не птица, а прекрасная дева, красивей меня нет никого на свете. Достань то, чего я хочу, тогда я сброшу перья, стану царицей, и все будут тебе завидовать.

— Скажи, дорогая птица, чего же ты хочешь?

— Я хочу, чтобы мне доставили мою служанку. Она живет между Черным и Белым морями, у Красного дэва. Если ее доставят сюда, я стану твоей царицей.

— А кто же ее доставит?

— Кто доставил меня, доставит и мою служанку. Царь послал за царевичем. Тот явился печальный и поклонился царю.

— Ты, — сказал царь, — поедешь за девушкой, которая находится между Черным и Белым морями, у Красного дэва.

— Царь, — ответил царевич,— как же я это сделаю?

— А не сделаешь — велю голову отрубить! Царевич заплакал.

— Что ты плачешь?— спросил конь.

— Как же мне не плакать, конек мой дорогой: царь требует доставить ему девушку, которая живет у Красного дэва, между Черным и Белым морями.

— Ладно, не печалься, ложись спать!

В эту ночь царевич спал немного, встал чуть свет, сел на коня и спросил:

— Куда нам теперь держать путь?

— Отпусти поводья, уж я знаю, куда! Когда они добрались до моря, конь сказал:

— Это Черное море. А ты знаешь, как нужно его перейти?

— Нет, дорогой конь, не знаю.

— Слушай же. На тебе отцовская сабля, она сделана из молнии. Ты вынешь ее из ножен и поднимешь рукоятью ко лбу, а острием к морю, и перед тобой откроется дорога. Когда переправишься на тот берег, увидишь пещеру, над которой покажется тоненькая струйка дыма. Станешь у дверей пещеры и скажешь: «Дэв, выйди, будем биться!» Тот скажет: «Заходи, сперва покушаем». Ты не ходи. Если ты трижды произнесешь: «Дэв, выйди», он выйдет. Тогда ты ударишь его саблей, голова дэва отлетит и провалится сквозь землю. А ты войдешь в пещеру, возьмешь девушку, посадишь к себе на седло и вновь направишь острие сабли в сторону воды; перед тобой откроется путь, и мы доставим девушку царю.

Царевич поступил так, как велел ему конь и, взяв девушку, привез к царю. Царь сказал птице:

— Дорогая моя, вот девушка, которую ты хотела, — теперь скинь перья.

— Если я скину перья, — ответила птица, — ты умрешь от восторга.

— Как же мне теперь быть? — спросил царь.

— А вот как. В Красном море живут сорок кобылиц. Достань их, выкупайся в их молоке, сделайся Гури-Пери, и будем жить вместе. Тогда дети наши тоже будут Гури-Пери.

— А кто мне доставит кобылиц?

— Тот, кто доставил меня и мою служанку.

Царь опять послал за царевичем.

— Поедешь к Красному морю и приведешь оттуда сорок кобылиц.

Царевич стал было отказываться, но царь пригрозил отрубить ему голову.

Когда царевич со слезами вернулся к коню, конь сказал:

— Ладно, не горюй. Тебе-то ничего не будет, а вот мне достанется. Скажи царю, пускай пошлет на берег моря сорок тюков шерсти, сорок тюков войлоку и сорок тюков кожи.

Царевич доложил царю. На следующий день царь велел послать на берег Красного моря шерсти, войлоку и кожи. Вслед за этим поехал к морю царевич. Дорогою конь сказал:

— Царевич, в море не сорок, а тридцать девять кобылиц. Одна из них — моя мать, а все остальные — мои сестры. Я был у нее единственный сын, повздорил с матерью и попал в руки твоего отца. С тех пор прошло тридцать лет. Мать тогда пригрозила разорвать меня на куски. Когда мы доберемся до берега, я лягу. Ты покроешь меня сперва шерстью, потом войлоком и наконец кожей и спрячешься поблизости. Тогда я слегка заржу, и в море поднимется буря, но ты не пугайся. Вскоре появятся моя мать и сестры. Мать прибежит ко мне, а сестры станут плакать. Мать сбросит с меня кожу — ты ни слова; потом войлок — ты молчи; когда же сбросит половину шерсти — она устанет и потянется. Ты же быстро подбежишь, вставишь ногу в стремя и прыгнешь на нее. Но, смотри, держись крепко: она рассвирепеет и взлетит на небо, а ты лезь ей под брюхо. Потом она бросится вниз, а ты опять на спину. Когда сядешь в седло, хлестни ее кнутом хорошенько. После этого ты скажешь ей: «Я твой хозяин»— и она станет послушной и пойдет, куда пожелаешь. А за ней и все мои сестры пойдут.

Царевич в точности исполнил все, как велел конь, и пригнал кобылиц к царю.

— Прикажи выдоить их и выкупайся в их молоке, — сказала птица.

— Кто же их доить будет?

— Конечно, тот, кто их пригнал.

Вновь послали за царевичем. Конь сказал ему:

— Царевич, возьми меня с собой. Перед тем как начнешь доить, привяжи свой перстень к нитке и спусти его в котел. После этого приводи поодиночке кобыл и дои. Потом выкупаешься в молоке, достанешь перстень, вытрешь его, наденешь на палец и пошлешь за царем. Скажи, что все, мол, готово. Молоко вскипит, и царь сварится. А ты наденешь одежду царя и займешь его трон.

Царевич все исполнил. Птица сейчас же узнала о гибели царя. Она сбросила с себя перья и превратилась в красавицу.

— Все это я сделала ради тебя. Теперь ты царь, а я царица.

Народ не знал о том, что произошло. Через несколько месяцев царевич вспомнил об отце и прослезился.

— Что ты плачешь, не стыдно ли тебе? Ты царь, у тебя жена красавица, а ты еще плачешь!

— Царица, я вспомнил слепого отца. Он послал меня за лекарством, а я сделался царем, сижу на троне и не знаю даже, жив ли отец.

Царица засмеялась и сказала:

— Отец твой ослеп потому, что десять лет подряд гнался за мной и не мог меня поймать. Как только я его увижу, я надрежу палец, намажу своей кровью его глаза, и он прозреет. Собирайся, поедем к твоему отцу.

Царевич собрал народ, стал всех угощать и сказал:

— Выберите себе другого царя. Я уезжаю и, может быть, не вернусь.

Народ выбрал себе другого царя. Царевич же с женой надели простую одежду, взяли с собой пищи на дорогу, тридцать девять кобылиц и пустились в путь.

Царевич ехал на старшей кобылице, а царица — на коне царевича.

Приехав в страну своего отца, царевич сказал встречному пастуху:

— Поди поздравь царя, скажи, что сын его приехал. Когда пастух сообщил об этом, царь спросил:

— А кто еще с ним?

— Тридцать девять кобылиц и одна красавица.

— Благодарение Богу! — воскликнул царь и велел дать пастуху меру золота.

Царевич пришел во дворец, и отец его крепко поцеловал. Жена царевича надрезала палец, помазала своей кровью глаза царя, и царь прозрел. Он поцеловал красавицу в лоб и возложил свою корону на голову сына.

— Отныне тебе подобает быть царем!

И царевич стал царем.

Вернуться на верх страницы

Читать предыдущее Читать следующее

Jacques Lemans La Passion 1-1517ZC часы смотри здесь.