СКАЗКИ

ОЛЕНЁНОК

Жил-был в одном городе бедняк. Нечем ему было кормиться, вот он и говорит жене:

— Поедем, женушка, в другой город, может, там будет лучше. А жена была на сносях. Пустились они в путь, добрались до города царя Туртамба. Город окружен стеною, в стене двое ворот — одни для входа, другие для выхода. Подошли они к входным воро-там. У женщины начались схватки. Привратник не пустил их в город. Женщина легла на землю и родила сына.

В ту же ночь царю привиделся сон, что у городской стены жен¬щина родила сына. И когда ребенок вырастет, снесет ему голову.

Царь призвал привратников и приказал:

— Ступайте, обойдите городскую стену, коли увидите роженицу, приведите ее сюда.

Один из них вышел за ворота, видит, лежит на земле бедно оде¬тая женщина, прижимает к себе завернутого в тряпье новорожденного, рядом стоит старик с чубуком в руке.

— Пойдем, дяденька, царь тебя зовет.

— Эх, братец, какое мне дело до царя, я бедняк, видишь, жена только что родила сына.

Не разговаривай, идем. Отправились они к царю, семь раз низко поклонились, на восьмой поздоровались за руку и стали.

— Старик, эта женщина твоя жена?

— Да, она покорная слуга твоей милости.

— Ребенок — мальчик или девочка?

— Мальчик, царь.

— Сколько тебе заплатить за ребенка?

— Чтоб я продал ребенка?

— Продай, жена родит тебе снова ребенка.

Назир посоветовал:

Слушай, братец, потребуй триста золотых, заживешь по-человечески, перестанешь с голоду икать.

— Тебе виднее, царь,— говорит бедняк.

— Сколько тебе дать?

— Сколько дашь — и ладно.

— Назир,— говорит царь,— дай этому человеку столько золота, сколько весит его младенец, и пусть уходит.

Взвесили младенца, отдали бедняку золото, он ушел. Царь говорит назиру:

— Возьми этого младенца, ступай в горы, убей его там, смочи его кровью пеленки и принеси мне.

Назир с ребенком отправился в горы. Идет он и дорогой думает: «И набрело же нашему царю на ум такое, будто дитя подрастет и снесет ему голову. Лучше я подстрелю птицу, смочу птичьей кровью пеленки и отнесу царю».

Назир положил младенца под куст, подстрелил птицу, смочил ее кровью пеленки и отнес царю.

Младенец под кустом кричал, кричал, на его крик пришла лань и накормила его молоком.

Прошло три года, мальчик попал в оленье стадо и по пятам бе¬гал за своей кормилицей. Сравнялось ему девять лет. Однажды он встретился с царевичем.

Царевич дину дался — неужели лань родила мальчика?

Вечером он пришел домой, спрашивает отца:

— Отец, тебе не случалось видеть, чтобы у лани мальчик родился?

— Нет, сынок, этого не может быть, верно, тебе привиделось?

— Нет, не привиделось, отправимся завтра вместе, увидишь синими глазами.

На следующий день отец и сын сели на лошадей и поехали в горы. Царевич поскакал вперед и вспугнул оленей. Мальчик был с ними. Несколько оленей кинулись в горы, другие же к царю, и среди них мальчик. Царь увидел его — диву дался; мальчик вскормлен молоком лани и крепок, как буйвол. Царь сказал:

— Погоди, я велю натянуть цепи в три ряда, тогда этот парень попадется.

Истратили много денег, натянули три ряда цепей, но Оленёнок добежал до цепей, вмиг разорвал их, вырвался на волю и бро¬сился догонять кормилицу.

Царь не знал, как быть. Назир ему сказал:

— Царь, я знаю одного старика, ему сто пятьдесят лет, позовем его, послушаем, что он посоветует.

Призвали старца, говорят ему:

— Дед, в наших краях водится парень, вскормленный ланью, мы не можем его поймать, посоветуй, как быть.

— Царь, когда я был назиром при твоем отце, тоже был такой случай. Велели доставить из Испагана струны и поймали человека этими струнами.

Царь послал гонца в Испаган, доставили струны, опутали ими гору со всех сторон. Множество всадников отправилось травить оленей. Оленёнок прибежал, бросился на струны, ударил по ним изо всей силы, хотел разорвать, не смог и взревел так, что загудели горы и ущелья. Сбежались царские слуги, поймали его, связали струнами и повели. Лань горько плакала, глядя ему вслед.

Привезли Оленёнка, посадили вместе с одногодками, чтобы он научился говорить. Не прошло и десяти дней, как парень заго¬ворил.

Царь обрадовался, решил, что парень легко усвоит науку, и отдал его в школу.

Как-то раз царевичу захотелось узнать, много ли сокровищ у его отца. Он открыл одну за другой тридцать девять комнат и увидел, что там всего много, но дверь сороковой комнаты привратник не разрешил ему отворить. Царевич рассердился и ударил привратника по лицу.

— Ах ты, собачий сын, как ты смеешь мне мешать, я хочу по¬глядеть на сокровища моего отца.

Он оттолкнул привратника и открыл дверь. А там висел портрет такой писаной красавицы, что царевич как увидел, так и упал в беспамятстве на пол. Узнали об этом его отец и мать, прибежали, на¬чали его водой опрыскивать, пока царевич не пришел в себя.

Царь и царица спрашивают:

— Сынок, что с тобой?

— Лучше умереть, чем жить без этой сорокакосой! Будь что будет, я должен за ней поехать.

Пришел Оленёнок, видит, что все собрались вокруг царевича, спрашивает:

— В чем дело? Ему говорят:

— Так и так, царевич увидел портрет сорокакосой девушки и хочет поехать за ней.

— Это не твоя забота, я сам поеду и привезу ее, — говорит царевичу Оленёнок.

Царевич встал, дал Оленёнку пощечину за то, что он такое говорит.

Оленёнок схватил царевича, поднял его и крикнул:

— Вот брошу тебя наземь, станешь ты прахом. Царь закричал:

— Ой, парень, опомнись, он же твой брат.

Наутро царевич и Оленёнок сели на коней и отправились в путь-дорогу.

Царевич думает: «Напрасно я ударил Оленёнка, он мне в дороге пригодится: будет ходить за моим конем, прислуживать мне».

Ехали они, ехали, долго ли, коротко ли — одному Богу известно. Дорогой Оленёнок говорит:

— Не пугайся, коли нам встретится дэв.

— Люди не боятся дэвов, чего же мне бояться?

Едут они дальше путем-дорогою через горы, вдруг навстречу им чудовище. Царевич от страха так прикусил губу, что выступила кровь.

— Эй, парень, что с тобой? — спрашивает Оленёнок.

— Что это за чудовище?

— Я же говорил, что испугаешься. Едем, не бойся.

— Эй, люди, кто вы такие? — спросил дэв.

— В гости к тебе пожаловали,— говорит Оленёнок.

— Пожалуйте, я как раз ходил по горам, искал человечины, а вы сами, по доброй воле сюда прибыли. Давненько я не ел человеческого мяса, соскучился.

— Рано ты расхвастался, братец.

Спешились они, вошли вместе в его пещеру — и что же видят: стоит у котла хромой дэв и громадным черпаком помешивает похлебку.

Оленёнок сказал:

— Дай мне этот черпак, я попробую, соленая ли похлебка. Дэв стукнул его горячей рукояткой черпака,— мол, не суйся не в свое дело. Оленёнок вырвал у него черпак и ударил его рукояткой.

— Уф, братцы, он мне всю руку раздробил! — закричал дэв. Оленёнок зачерпнул похлебку, попробовал и принялся ее уплетать.

Дэв говорит:

— Братец, оставь и нам немного. Главный дэв сказал Оленёнку:

— Есть тут один камень, братец-гость, пойдем, уберем его с дороги.

Подошли они к камню, Оленёнок говорит:

— А ну-ка, попробуй, подними его.

— Нас семеро братьев,— говорит дэв,— мы все вместе не мо¬жем его поднять, с превеликим трудом столкнули его с горы.

— А ну-ка, возьмись, посмотрим.

Дэв нагнулся, хотел было поднять камень, но оробел, задрожал.

— А ну, отойди,— сказал Оленёнок и, подняв камень, закинул его за гору.

Увидев это, дэв ужаснулся, волосы у него дыбом встали. Подо¬шел к братьям и сказал:

— Беда, братцы, это или Оленёнок, или другой богатырь, надо его спросить.

— Братец-гость, не в обиду тебе будь сказано, ты не Оленёнок?

— Да, я Оленёнок, а откуда ты меня знаешь?

— В день твоего рождения горы и ущелья завопили: Оленёнок явился. Как услышал я тогда, все триста восемьдесят поджилок затряслись у меня. Раз ты Оленёнок, знаю, что вы явились сюда за моей сестрой. Я согласен, берите ее.

Как только солнце осветило ущелье, дэвы с Оленёнком отправились на охоту: семеро дэвов в одну сторону, Оленёнок в другую. А царевича с невестой оставили в пещере.

Царевич и сорокакосая девушка принялись стряпать обед.

Царевич налил воду в котел, разжег огонь. Нарезали они мясо, бросили в котел. Когда обед сварился, сорокакосая девушка сказала:

— Садись, царевич, я немного посплю у тебя на коленях. Царевич сел, девушка положила ему голову на колени и уснула.

Юноша играл ее косами и увидел на них три ключа. Подложил он ей под голову свою накидку, а сам встал, решил открыть запертые комнаты. Открыл одну дверь, вторую — комнаты пустые. Открыл третью, видит — на цепи привязан Белый дэв. Перед ним два котла, в одном плов с бараниной, в другом — вода. Белый дэв видит кот¬лы, рвется с цепи, а дотянуться до них не может.

— Как ты вовремя пришел! — закричал Белый дэв. — Дай два черпака плова. Эти бессовестные уже сорок дней держат меня на цепи и не кормят.

Царевич дал дэву десять черпаков плова.

— Еще один черпак, братец, еще один,— упрашивал дэв, пока не съел весь котел плова.— Дай мне теперь воды попить,— попросил дэв.

— Я не могу поднять котел,— ответил царевич.

— Привяжи к котлу цепь и подай мне ее.

Царевич привязал к котлу цепь и подал дэву. Дэв взял цепь в рот, стал тянуть котел, притянул его, выпил всю воду. А как только выпил, обрел прежнюю силу, разорвал цепи и одним концом ударил царевича по лбу. Царевич потерял сознание и упал. Белый дэв завалил его сеном, схватил сорокакосую девушку и помчался к себе домой.

Вечером вернулись дэвы, принесли добычи сразу за семь охот. Немного погодя пришел Оленёнок, принес добычи за четырна¬дцать охот. Вошли дэвы в дом и говорят:

— Где наша сестра? Оленёнок спрашивает:

— А где мой брат?

Он схватил черпак, ударил по голове одного, другого, потом го¬ворит :

— Приведите моего брата.

Пошли дэвы, увидели, что его брат лежит в сене и стонет. Дали ему пинка, он встал.

— Что с тобой случилось, парень?

— Братцы, здесь был привязан Белый дэв, я вошел, дал ему поесть плова, напоил его водой, он разорвал цепи, а что случилось дальше, я не помню.

— Ай, ай, ай,— говорят дэвы,— твой брат упустил нашего пле¬мянника, мы не виноваты. Он хотел похитить нашу сестру, мы его поймали, привязали, а он оборвал цепи, забрал нашу сестру и ушел.

— Я оставляю в залог своего брата,— сказал Оленёнок,— и отправляюсь выручать вашу сестру. Если, воротившись, я увижу, что вы обидели брата моего, снесу вам головы.

Оленёнок вскочил на коня и помчался.

— Он уже не вернется,— говорят дэвы,— надо теперь расправиться с его братом.

Они привязали царевича цепями к столбу и поставили ему на голову светильник.

А Оленёнок доехал до дома Белого дэва, взошел туда и видит — сидит там сорокакосая девушка.

— Девушка, как ты сюда попала? — спрашивает он.

— Не по своей воле, по вине твоего брата.

Немного спустя Белый дэв просунул голову в дверь и увидел, что Оленёнок сидит рядом с девушкой. «Плохо мое дело»,— подумал он.

— Входи, входи, — сказал Оленёнок.

Но как тому войти, когда ноги его не слушаются? Оленёнок вышел во двор. Белый дэв бросился бежать, но парень нагнал его и отрубил ему голову, потом посадил девушку на коня и ускакал.

Когда они подъехали к ее дому, он оставил девушку во дворе, а сам вошел в дом. Видит — стоит его брат, белый как мел.

— Ох, братец, освободи меня.

Оленёнок, увидев, что дэвы сделали с его братом, выхватил меч, отрубил пятерым головы, а оставшиеся в живых два дэва бросились перед ним на колени.

— Ради Бога, пощади нас.

— Ну, живо, снарядите нас в дорогу, утром мы отправимся в путь.

Как только рассвело, Оленёнок посадил на седло невесту, вскочил сам и вместе с царевичем пустился в путь. На полпути им встретился пастух, они одарили его деньгами и послали передать царю весть, что едут его сыновья и везут с собой невесту.

Когда царю доложили об этом, он призадумался, понял, что мальчик, приснившийся ему во сне, и есть Оленёнок. Он при¬звал назира и спросил его:

— Разве я для того отдал тебе мальчика, чтобы ты оставил его в живых?

— Царь, совесть не позволила мне убить его. Я оставил мальчика в лесу, думал, что его волк загрызет или же он изойдет криком.

Царь сказал:

— Палач, отруби голову назиру, он нарушил мой приказ.

Палач отрубил голову назиру.

Чтобы избавиться от Оленёнка, царь решил послать ему коня, который принесет ему беду.

Оленёнок сказал брату:

— Отдохнем немного у ручья, придет из города весть, поедем. Оленёнок прилег под ивой. Прилетели три голубя и сели на дерево.

— Как жаль Оленёнка! — сказал один голубь. Другой спрашивает:

— Почему?

— Сегодня царь пошлет ему такого коня, что он не успеет сесть на него, как сгорит.

— А если не сядет?

— Тогда его запрут в комнате, где живет змея Шахмар. Царь обманет Оленёнка, скажет, что он дал обет отвести ему самую лучшую комнату, если он привезет невесту. Приползет змея Шахмар, ужалит Оленёнка, Оленёнок выхватит меч, отрубит змее голову, на него попадет капля змеиной крови, и он окаменеет.

Поворковали голуби и улетели. Оленёнок опомнился.

— Ай, ай, кто же выручит меня?

Видит — царские конюхи ведут коня, подвели к нему и говорят:

— Царь послал тебе в подарок этого коня, садись на него и поезжай, предстань перед царем.

— Садись сперва ты, посмотрю, норовистый ли конь.

— Мне не велено.

— Садись, не то голову снесу. Конюх сен на коня и тут же сгорел.

Гонец донес царю, что Оленёнок отказался сесть на коня. Царь говорит:

— Ничего, здесь его ждет кое-что получше.

Оленёнок, царевич и сорокакосая девушка приехали во дворец, предстали перед царем. Царь очень обрадовался сыну и невестке. А в сердце Оленёнка кипела месть.

Пришла царица, сперва поцеловала Оленёнка, потом сына и невестку.

Царь говорит Оленёнку:

— Знаешь что, сынок, я дал обет: если вы вернетесь целыми и невредимыми, я отведу тебе самую лучшую комнату, и ты про¬ведешь в ней день. Ступай туда.

Оленёнок пошел в ту комнату, и за ним сразу захлопнулась дверь.

— Эх, эх,— вздохнул он,— пришел мой конец.

Он не раз попадал в беду и никогда не боялся, а тут испугался. Вынул он меч и сел у каменной стены. Красная змея Шахмар вы¬сунула голову из щели, выползла и кинулась на Оленёнка. Он взмахнул мечом, отрубил ей голову, капля крови попала на него, и он стал камнем.

А царевич как-то рассказал своей жене, что отец его давно еще видел во сне, что Оленёнок должен снести ему голову. Потому и запер его в этой комнате, где Оленёнок окаменел от змеиной крови.

Сорокакосая говорит:

— Принеси ключи, пойду посмотрю.

Царевич принес ключи, жена спрятала их. Она пошла в эту ком¬нату, села возле камня, заплакала, рассказала стенам, о чем говорили ей свекровь и муж, и ушла. Так она делала не раз.

Однажды она опять пришла и столько плакала, что, обессилев, уснула. Ночью ей приснился сон: «Убей своих двух сыновей, смочи их кровью этот камень, будет лучше и твоим сыновьям, и этому человеку». Она убила своих сыновей, смочила их кровью камень, видит — ожили и сыновья и Оленёнок. Они обнялись.

— Сестрица, — говорит Оленёнок, — век твое добро помнить, буду.

Потом он вытащил меч и пошел к царю. Как увидел царь Оленёнка, так затряслись у него все триста восемьдесят поджилок, а душа ушла в пятки.

Оленёнок склонился перед царем и сказал:

— Удали жалобщика, сегодня ты должен послушать мою жалобу.

Царь удалил жалобщика.

— Царь, если бы у кого-нибудь был молодой сад, а злодей вырубил его, что бы ты с ним сделал?

— Я бы велел выколоть ему глаза.

— Назир, запиши это.

— Царь, если бы кто-нибудь выстроил церковь, а ты шел мимо и увидел, что злодей ломом разрушает ее, что бы ты с ним сделал?

— Велел бы взять две широкие доски, уложить его на них и изрубить на мелкие куски.

— Назир, запиши и это и вели принести доски.

Принесли доски, царь сам снял с себя одежду, лег на них. Оленёнок сказал:

— Свой суд я буду вершить своей рукой.

Он взмахнул мечом, схватил царя за ступни и изрубил их в мелкие куски, а потом отрубил ему голову. Разрубленное тело уложили в мешок, унесли и закопали.

Оленёнок надел царские одежды и стал править.

Весть об этом дошла до сорокакосой девушки. Она прибежала, семь раз склонилась перед Оленёнком, скрестила руки на груди и сказала:

— Прошу тебя, не чини больше свой суд.

— Ступай, дарю остальным свободу.

Оленёнок навел порядок в царстве, велел привести во дворец отца и мать, пошел в горы и кликнул лань, вскормившую его. Лань прибежала, стала лизать ему руки, лицо, он поцеловал ее и повел во дворец. Часто он засыпал, положив ей голову на грудь. Они достигли своих желаний, достигнем и мы своих.

С неба упало три яблока: одно рассказчику, два слушателям.

Вернуться на верх страницы

Читать предыдущее Читать следующее