СКАЗКИ

БАХДО

Жили-были мать и сын. Мать звали Асмар, сына Бахдо. Однажды мать позвала сына и говорит ему:

— Сын мой, отца у тебя нет, чтоб кормил нас своим заработком; до сих пор я клянчила у того и другого и вырастила тебя, а нынче я стала стара, сил у меня больше нет, поступай-ка ты к мастеру, научись какому-нибудь ремеслу, а иначе мы с тобой помрем с голоду.

Речь матери не понравилась сыну. Он заплакал и ушел из дому, чтоб только избавиться от ее надоедливых просьб. Но, выйдя из дому, он стал размышлять: «Куда же мне деться? А впрочем—давай-ка я поступлю к гончару». И, не долго думая, пошел он к гончару и попросился к нему в ученики. Гончар, видя, что парень смышленый, решил его взять и спросил, как его зовут.

— Посудолом, — ответил Бахдо.

— Как? — переспросил гончар.

— Меня посудоломом зовут, — ответил Бахдо.

Подумав немного, гончар решил: «А может, и впрямь его Посудоломом зовут», — и заключил с ним условие.

Мать Бахдо, узнав, что сын устроился у гончара, сильно обрадовалась.

Несколько дней спустя мастер сказал ученику:

— Послушай, Посудолом, я должен пойти по делу в соседнее село, ты хорошенько присмотри за лавкой, будь молодцом, — понял?

— Ладно, иди, куда тебе надо, я свое дело знаю.

Когда мастер ушел, парень сказал про себя: «Раз мастер зовет меня посудоломом, сыграю-ка я над ним шутку». И, взяв огромный камень, стал разбивать горшки, не оставив в целости ни одного.

На следующий день, возвращаясь из соседнего села, мастер зашел в гончарню и увидел разбитие горшки. Он так и обмер:

— Эх ты, Посудолом, Посудолом!.. — заорал гончар вне себя от ярости.

— Ага, больше тут не осталось посуды, чтоб я ломал!..

Мастер хотел было схватить парня да хорошенько его проучить, но тот убежал и, явившись к матери, сказал, что мастер его прогнал за то, что он нечаянно разбил несколько горшков.

— Поди теперь поступи в ученики к лапотнику, — сказала мать.

Бахдо пошел к лапотнику я попросился к нему в ученики.

— Ладно, я согласен. А как тебя звать? — спросил лапотник.

— Кожерез, — ответил Бахдо. Проработал он у лапотника несколько дней.

Однажды мастер говорит ученику:

— Кожерез, не выходи из лавки, я наведаюсь домой и скоро вернусь.

— Ладно, не выйду, — сказал паренек.

Как только мастер вышел из лавки, Бахдо, взяв нож, изрезал все кожи лапотника на мелкие куски. Вернувшись в лавку и увидев изрезанные кожи, лапотник ахнул и бросился на Бахдо.

— Чего же ты меня бьешь, ведь ты сам говорил мне: кожу режь, — вот я и резал.

От лапотника он поступил к стекольщику и, назвавшись стеклобойцем, разбил все стекла...

Несчастная мать не знала, как быть с сыном. И вот однажды она говорит ему:

— Сынок, пойду-ка я к святому дереву, что у крепостной стены, помолюсь и попрошу у него совета для тебя, — что дерево скажет, то и сделаю.

Купив на пять грошей ладану и на пять грошей свечей, мать пошла молить святое дерево, чтоб оно наставило ее сына на путь-дорогу. Бахдо, тайком от матери, по другой дороге пошел к дереву и спрятался в его дупле. И когда мать, воскурив ладан и поставив свечи, на коленях стала просить совета для сына, Бахдо из дупла отвечал семь раз: «Сына отдай в ученье к дядюшке!..»

А дядюшка Бахдо был большим вором. Когда мать пошла к нему и стала просить, чтоб он взял ее сына в ученики, дядюшка согласился, но с условием — если у мальчика окажется сноровка.

— Вот я его испытаю, если выдержит испытание — приму, — сказал дядюшка и велел мальчику подняться на дерево и достать из-под наседки голубиные яички, да так, чтоб наседка не заметила.

Мальчик взобрался на дерево, тайком от наседки достал яички и, спустившись, передал их дядюшке.

— А покажи-ка теперь, дядюшка, как ты положишь их назад в голубиное гнездо!

Когда дядюшка, взяв яички, взобрался на дерево, Бахдо незаметно снял с дядюшки штаны. Сойдя с дерева, дядя поразился, увидев свои штаны в руках Бахдо.

— Бери, дядя, назад свои штаны, — сказал Бахдо, — и знай, что в воровстве я тебе не уступлю.

Дядюшка поцеловал Бахдо в лоб и обещал брать его с собой на воровство.

Однажды Бахдо заметил нагруженного верблюда, идущего по улице. Недолго думая, он зашел в пекарню, купил горячий хлебец и, показывая хлебец верблюду, заманил его к себе домой. Здесь он, сняв ноту с верблюда, зарезал его и, разрезав мясо на куски, положил в кадки. Матери он ничего не казал, потому что был пост.

Хозяин верблюда, не найдя его, пустил гонцов по селу разыскать животное, но оно не нашлось. Узнав об этом, одна старуха решила, что верблюда, должно быть, украл Бахдо, и, недолго думая, пошла к его матери и сказала:

— Xанум, я больна. Врач мне наказал есть свежее верблюжье мясо. Вот сын твой давеча зарезал верблюда, дай мне кусок верблюжины — помолюсь за это о твоем сыне.

Мать Бахдо, ничего не подозревая, спустилась в погреб, достала оттуда пять-шесть кусков верблюжьего мяса и, положив их в передник старухи, спровадила ее домой. Не успела старуха оставить порог их дома, как наткнулась на самого Бахдо.

Тот сильно рассердился про себя на мать, но не показал виду и, обратившись к старухе, сказал:

— Нани, нани, что же это так мало мяса дали тебе! Вернись, я прибавлю еще несколько кусков верблюжины, а ты за это помолись обо мне.

Старуха поверила Бахдо, спустилась вместе с ним в погреб, но тут Бахдо размахнулся, сильным ударом по голове убил старуху и ночью тайком вынес и зарыл ее труп в землю.

После этого Бахдо вместе с дядюшкой по ночам ходили и грабили царскую казну. Как ни старался царь — не мог поймать воров. Тогда он приказал перед воротами в казну вырыть большую яму, наполнить ее смолой и покрыть сверху соломой с расчетом, что вор ночью упадет в яму и завязнет в смоле. Ночью, когда Бахдо с дядюшкой отправились грабить царскую казну, Бахдо сказал дядюшке, чтобы тот шел вперед. Дядюшка пошел вперед и у ворот казны упал в яму и завяз в смоле. Сколько ни старался Бахдо вытащить дядюшку — все напрасно. Тогда он, достав кинжал, отрубил дядюшке голову и, взяв ее с собою, понес и зарыл у себя в погребе.

Утром царская стража, найдя в яме обезглавленного человека, пошла доложила об этом царю.

Царь приказал:

— Повесьте труп этот на дереве, да тайком следите: кто, увидев труп, заплачет — того и задержите.

Бахдо, понимая, что его мать узнает труп своего брата и заплачет, пошел купил два кувшина и, отдав их матери, сказал:

— Труп твоего брата повесили на дереве. Возьми эти кувшины и пойди к дереву. Как только увидишь на нем труп, разбей кувшины и плачь, сколько хочешь. Когда же царская стража прибежит и спросит, почему ты плачешь, скажи: как мне не плакать, ведь я разбила кувшины.

После того, как мать вдоволь наплакалась над трупом своего брата и миновала рук царской стражи, Бахдо ночью незаметно снял труп дядюшки с дерева, взвалил его себе на спину, понес его и зарыл в землю. Царь, его визиры и стража изумились и не знали, как им быть.

На следующий день царь велел разбросать по дороге к роднику сорок-пятьдесят золотых монет и следить, — кто их подберет, того и захватить.

Бахдо, узнав об этом, намазал подошвы лаптей смолой, взял два кувшина и стал таскать из родника домой воду. Дорогою деньги прилипали к его лаптям, и он незаметно для царской стражи подобрал все монеты. Как ни сердился царь после этого, но все же не мог ничего придумать, чтоб поймать вора.

Между тем багдадский царь, узнав о таких проделках вора, послал тому царю письмо, в котором написал ему: «Стыд и позор тебе, что в своей стране ты не можешь найти вора!»

Царь смутился и разослал гонцов по всей стране, которым велел объявить следующее: «Пусть ловкий вор явится к царю, он не только его не тронет, но и наделит подарками!»

Бахдо пошел и предстал перед царем:

— Царь, я — твой вор, делай со мной, что хочешь!

Увидев парня, царь удивился. Затем, показав письмо багдадского царя, сказал:

— Если ты сумеешь доставить мне самого багдадского царя, я дочку свою выдам за тебя замуж. Хочу, чтобы мы проучили его и поумерили его гордость.

— Царь, будь покоен, это — дело моей левой руки!

Бахдо, прихватив с собой шубу, увешанную бубенцами, поехал в Багдад и ночью тайком проник в покои царя. Тут он осторожно достал из мешка шубу, надел ее и, стал у изголовья спавшего царя, начал трястись. Царь проснулся от Звона бубенцов и, дрожа от испуга, спросил: «Кто ты!»

Бахдо ответил:

— Я — архангел Гавриил, явился по твою Душу.

— Молю тебя, не бери мою душу, дам все — что захочешь, — сказал царь.

— Мне ничего не надо — полезай в этот мешок! — ответил Бахдо.

Царь, дрожа, исполнил приказ Бахдо, и тот, взяв на плечо мешок с царем, без шума вышел из царских покоев, сел на коня и помчался в свою страну.

Представ перед своим царем и положив перед ним мешок, Бахдо попросил царя развязать его. Радости царя не было предела, когда он увидел перед собой испуганного и дрожащего багдадского владыку.

— Ну, что скажешь? Помнишь, как насмехался ты надо мною? Недаром говорят — чужой беде не смейся!..

Царь исполнил свое обещанье: выдал дочь за Бахдо и подарил ему роскошный дворец.

Они достигли своей цели, да достигнете и вы своей.

С неба упали три яблока: одно тому, кто рассказал, другое тому, кто слушал, третье тому, кто услышал.

Вернуться на верх страницы

Читать предыдущее Читать следующее